Психотип Антимониум крудум

(Ключевые слова: особенности типа, его болезни, Саша Черный — Антимониум крудум в истории)

Лекарство готовится из сульфида сурьмы. Интересно само происхождение слова «антимониум» (anti-moine = «против монаха» или anti-monos = «против одиночества»). Первое идет от монаха Фуртье, который случайно испытал его действие на служках монастыря; второе — от химического состава, т. к. сурьмы в чистом виде в природе не встречается, она всегда с примесями. В медицине сурьма из-за ядовитости имела ограниченное использование, однако применялась еще Плинием для лечения язв.

В гомеопатию введен Гартлаубом в 1826 году. Путем испытаний установлен тип людей, особо чувствительных к этому веществу. Это ослабевший больной, страдающий:

  • проблемами ЖКТ (рвота, поносы, газы);

  • головными болями (особенно после употребления вина);

  • болезнями дыхательной системы и ЛОР-органов (тонзиллит, ринит, отит, трахеит, бронхит);

  • проблемами ОПС (боли, ригидность, подагрические узелки);

  • заболеваниями кожи и ее придатков (трещины, натоптыши, мозоли, расслоение и утолщение ногтей, выпадение волос);

Зависимость состояния такого человека от температуры окружающей следы в какой-то степени парадоксальна. Он плохо реагирует на внешнее тепло (особенно излучающее тепло огня) и при этом не переносит холодной сырости (от купания усиливаются физические проблемы). Психоаналитически это можно объяснить несовпадением ритмов. От тепла плохо, когда он внутренне уже «закрылся», от холода — когда он только-только решился «открыться» миру, а там его ждет «ледяной душ».

Что можно сказать об особенностях характера такого человека? Его основной внутренний конфликт в колебаниях между «внутренним ребенком» и «внутренним взрослым». Ребенок обижен, недоласкан и выстраивает защиту: не переносит прикосновения, брошенного на него взгляда, а тем более — пристального внимания. Взрослый не в состоянии стать в полной мере зрелым. Отсюда включается механизм проекции: он начинает переносить свой внутренний негатив на окружающий мир. Надевает маску всезнающего скептика, шутит там, где не смешно, превращаясь в сатирика.

Внутренние переживания внешне могут проявляться в глубоких вздохах (не путать с Игнацией) и внезапной буре эмоций без внешнего повода. Антимоний может молчаливо наблюдать за событиями, делая это будто бы искоса. На самом же деле обстоятельства его глубоко занимают, производя неизгладимое впечатление.

Эмоциональный центр такого пациента — солнечное сплетение. Им он ощущает все стрессы, что приводит в итоге к множеству психосоматических проблем, от простой диспепсии до язвенной болезни. В душе такой человек чрезвычайно сентиментален, романтичен и готов «грезить при луне». Иногда он не к месту выдает эти эмоции наружу, после чего становится угрюмым и замкнутым, жалея, что себя выдал.

Его реакция пассивна — желает «исчезнуть с лица земли», но не смеет это сделать. Поэтому уходит в себя, размышляет и копит обиду. И вот уже перед нами не романтик, а мрачный субъект с суицидальными мыслями. Его любовь превращается в сильное раздражение, направленное не только на объект чувства, но и на весь окружающий мир.

Антимоний ощущает, что другие плохо с ним обращается, что он заслуживает лучшего. Но не верит, что окружающие поймут это, поэтому не хочет тратить время на обсуждение. Именно из-за этих особенностей психики он редко бывает счастлив в любви. В итоге может выбрать себе пару по принципу: чтобы не трогали (= «он не тратил чувств») и было удобно (= «он не тратил физических сил»).

Среди великих людей немало личностей с антимонийным уклоном: в основном это ученые, философы, реже — писатели. Один из них — Саша Черный.

Антимониум крудум в истории — Саша Черный.

(1880 — 1932)

Кто-то справа осчастливил —

Робко сел мне на плечо.

Саша Черный.

Он кажется мне способным написать превосходные вещи.

Максим Горький.

Будущий писатель родился в 1880 году в Одессе. Кроме него в семье было еще 4 ребенка. Одного из родственников тоже звали Саша, только волосы у него были более светлыми. Так к мальчику прицепилось прозвище «Чёрный». Настоящее же его имя — Александр Михайлович Гликберг.

Его отец был провизором, мать происходила из купеческого сословия. Детство Саши нельзя было назвать счастливым — родители не уделяли детям внимания, мальчик рос замкнутым и нелюдимым. Его отдали учиться в гимназию, где Чёрный задержался недолго — сбежал из дома, стал жить на улице и попрошайничать. Один из репортеров написал об этом заметку в газету, после чего чиновник Константин Роше взял мальчика на воспитание.

Он оказал на Сашу сильное влияние, так как слыл большим любителем литературы. Не известно точно, в каком возрасте Черный написал первые стихи, но уже в 24 года в газете был опубликован его «Дневник резонера». В 1925 году Гликберг переехал в Санкт Петербург, где стал регулярно печатать сатирические стихи в многих журналах. Его опусы пользовались успехом, но некоторые («Чепуха») были запрещены цензурой.

С 1906 по 1908 год Черный жил в Германии, посещая занятия в Гейдельбергском университете. После возвращения в Россию он начал сотрудничать с журналами «Сатирикон», «Современник» и другими. Появились его произведения для детей: «Живая Азбука» и «Тук-Тук». Псевдоним приобрел широкую известность — писатель на равных общался с сатириконовцами, был лично знаком и с живыми классиками: ездил на Капри к М. Горькому.

В годы Первой мировой войны Гликберг служил рядовым при полевом лазарете и написал на фронте лирический цикл «Война». Ближе к 30 годам он женился на студентке Бестужевских курсов, которая позже стала доктором философии и преподавала в университете логику. По мнению приятелей, жену свою Гликберг уважал и немного побаивался. Александр и в зрелом возрасте оставался замкнутым стеснительным человеком. Корней Чуковский вспоминал о Черном: «Худощавый, узкоплечий, невысокого роста <…> он не участвовал в шумных разговорах и не смеялся, когда шутили».

После войны писатель остался служить в приграничном Пскове. Революции не принял и в 1918 году покинул Россию. Сначала они с женой жили в Литве, потом — отправились в Германию. Гликберг работал в журнале, жена давала частные уроки. После экономического кризиса издание было закрыто и семья переехала в Италию, куда Марию Гликберг, жену поэта, пригласила вдова писателя Леонида Андреева.

Она обещала полный пансион взамен на занятия со своими тремя детьми и выполнение обязанностей по изданию трудов своего мужа. Супруги прожили в Риме около года, а затем уехали в Париж. Для переезда пришлось продать университету коллекцию книг, которую они собирали всю жизнь.

Во Франции писатель издал прозаический сборник «Несерьезные рассказы», повесть «Чудное лето» и целый ряд детских книг. Современник вспоминал: «Он мог сколь угодно ругать отечество в сатирах, но такой умиленной любви к идеальной родине мы не найдем ни у одного современного ему лирика. Ненависть его направлена против пошляков и интеллигентствующего мещанства <…> а над всем этим:

Кто не глух — тот сам расслышит,

Тот расслышит вновь и вновь,

Что под ненавистью дышит

Оскорбленная любовь».

В середине 1920-х супруги переехали в местечко Ла Фавьер на берегу средиземного моря. Они приобрели участок земли с виноградниками благодаря средствам, полученным от издания книг.

Что же позволяет нам думать о Саше Черном как о типе Антимониум крудум? Практически все факты его биографии, начиная от псевдонимов — Сам по себе, Мечтатель (которыми он пользовался в юности) — до особенностей творчества. В душе оставаясь ребенком, он много писал для детей: «Дневник фокса Микки», «Кошачья санатория», «Румяная книжка».

Лекарство антимониум крудум подходит сентиментальным замкнутым детям, скрывающим свою внутреннюю ранимость. Им легче общаться с животными, чем со взрослыми или сверстниками. Вырастая и обрастая защитой (на физическом уровне это — грубая кожа, мозоли, натоптыши и всевозможные утолщения), такой человек прячется под маской скептика.

Так было и у Саши Черного: сложное детство и юность не способствовали распахиванию души навстречу миру. Он мог слегка приоткрыть свою ранимую натуру, обращаясь к детям, а взрослому миру являлся сатириком. Его сарказм, впрочем, не всегда был бичующим, а порой отдавал мягким юмором. Возможно, что Александр Гликберг прожил бы долгую жизнь, что характерно для Антимония, но он выбрал другой путь и ушел в возрасте слегка за 50.

Известно, что Антимониуму становится плохо от пребывания рядом с открытым огнем. В одной из детских книжек Черный делал детям предупреждение:

Лейте воду на огонь.

Сыпьте землю и песок,

Но ногой его не тронь —

Загорится башмачок.

Смерть Саши Черного была связана именно с воздействием пламени. Он бросился спасать соседскую ферму от пожара: рвался в самое пекло, таскал воду. Перегрев, стресс и физическое переутомление сделали свое дело. Александр Гликберг пришел домой, лег отдохнуть и уже не встал. Скорее всего, умер он от тромбоэмболии. Так ушел от нас сентиментальный и ироничный, романтичный и саркастичный Антимоний — Саша Черный. Его могила на кладбище Лаванду была утеряна после Второй мировой войны из-за прямого попадания снаряда.

Подробнее о психотипах — на авторских курсах И.В. Долининой

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.