Психотипы в гомеопатии

ПЕРЕСТУПЕНЬ ИЗ СЕМЕЙСТВА ТЫКВЕННЫХ

БРИОНИЯ

Это растение переступень белый. У него толстый корень (похожий на корень петрушки) и плоды в виде крупных черных ягод. Цветки бледные, стебли лазающие, с цепкими усиками. Произрастает в Европе и на Кавказе.

Применялось в качестве лекарственного ещё с античных времен. Диоскоридом – при ушибах, судорогах и головокружениях; Гиппократом – при женских болезнях; Галеном – при заболеваниях желудка; Ибн-Синой – при болезнях селезёнки, эпилепсии и против укуса змей. Во все времена брионию использовали как слабительное средство. Врачи средних веков лечили  брионией бронхиты, астму, подагру, ревматизм.

В гомеопатию средство введено Ганеманом. Из испытаний была выявлена индивидуальная особенность «брионийного больного» – его боли ослабевают в покое и от давления, усиливаются от движения или в жару. Выяснено, что Бриония действует на серозные, синовиальные оболочки и фасции мышц. С большим успехом она применялась в 1813 году в Лейпциге во время эпидемии брюшного тифа. У пациентов, принимавших Бриония, летальных исходов не наблюдалось.

Главными показаниями к назначению гомеопатической брионии являются: патология нервной системы (сильнейшие головные боли с головокружениями и носовыми кровотечениями); заболевания дыхательных органов (ринит, бронхит, плеврит); проблемы с желудочно-кишечным трактом (гастроэнтероколит, гепатит); болезни мочеполовой системы (аднекситы, нарушения месячных, маститы) и, конечно же, заболевания опорно-двигательных органов (острый суставной ревматизм, обменный полиартрит). Очень часто Бриония назначается при острых состояниях и оказывает быстрое действие.

Многочисленные испытания показали, что у лиц, особо чувствительных к этому растению, наблюдается ряд общих черт нервной системы, что позволяет нам выделить психотип Бриония.

ЧЕЛОВЕК БРИОНИЯ

Бриония – это обычно худощавый, но жилистый мужчина с хорошей фигурой. У него широкие плечи, узкая талия, практически нет «брюшка», развиты мышцы рук и ног. Кожа бледная или с желтоватым оттенком.

Лицо может быть угловатым. Лоб средней величины, волосы темные, жестковатые. Глаза чаще темные – желтоватые или карие. Нос тонкий, бывает с горбинкой.  Губы узкие, бледные, чаще плотно сжаты. Зубы с желтоватым оттенком.

Уши могут быть оттопырены или наоборот, плотно прижаты к голове. В первом случае человек более наивный и мечтательный, во втором – приземленный практик.

Рост Брионии выше среднего, движения стремительные. Но если у него болит голова или суставы,  старается не двигаться и ложится ровно, на спину, уединяясь в тихое и темное место.

Почерк Брионии выдает человека прямого, открытого, гордого, с чувством собственного достоинства. Заглавные буквы высокие, без витиеватостей, могут быть узкими «прижимистый характер» или большими (это щедрая Бриония на вершине успеха).

Широкие поля слева, но справа старается дописывать строчки до конца. Строчки прямые или восходящие кверху. Наклон букв крутой, отвесный. Нажим средний или сильный. Буквы округлые, выходят ниже строк. Почерк достаточно широкий (у декомпенсированной Брионии становится все уже и уже). Все буквы одного слова связаны, когда очень торопится – связаны только по слогам.

Подпись Брионии нельзя назвать «министерской» – она без витиеватых росчерков, завитушек и прочих атрибутов тщеславия.

Подпись заключает в себе первую букву имени и начало фамилии. Ее вид говорит о чувстве внутреннего достоинства и уверенности в себе.

Гомеопатические  руководства описывают Брионию так: «человек сильный, жизнерадостный, его нелегко вывести из себя» (В. Гесс), «больной раздражителен, впадает в гнев» (В.Глаз), «сверхделовитый, сверхответственный» (И.Тимошенко), «холерический тип» (Т.Попова). Никакого противоречия между этими характеристиками нет. Просто одни авторы говорят о ещё здоровом типе Бриония, а другие – об уже заболевшем.

Все описания  Брионии свидетельствуют о том, что это рациональный тип  с развитой деловой логикой. Не откажешь ему и в интуиции. Поэтому вся жизнь Брионии подчинена поиску возможностей для применения своих деловых качеств. А это часто требует переездов, а иногда смены профессии. Даже во сне Бриония видит  «чужие страны» или «занятой себя работой». Это основные её доминанты.

По сути своей, такой человек – материалист-первопроходец (не путать с романтиком-первопроходцем). Второй едет «за туманом и за запахом тайги». Бриония тоже не против туманов (ей лучше от свежего, холодного воздуха), но нуждается в том, чтобы поездка имела реальный смысл.

Много Брионий было среди первопроходцев Северной Америки в период «золотой лихорадки». Это они так доподлинно описаны у Джека Лондона, который сформулировал основные «брионийные» ценности: труд, бесстрашие, награда.

Бриония умеет увидеть выгоду от грядущих перемен.  Способна также перетерпеть временные трудности с наименьшим ущербом для себя. В патогенезах Брионии не отмечены проблемы со временем. Такой человек способен заставить время работать на него (в этом сходство с некоторыми другими психотипами – например, Лахезисом). Несмотря на холеричность натуры, компенсированная Бриония способна быть выдержанной (что бы при этом внутри ни кипело).

Не переносит вынужденного бездействия. Очень любит насыщенный ритм жизни, расписывая свой день по часам и минутам. Но это не Арсен, для которого отклонения от расписания «смерти подобно». Бриония умеет «играть временем», динамично меняя свой график по ходу жизни.

Именно поэтому Арсен, который со временем на «Вы», на запланированную встречу выходит заранее и не опаздывает. А Бриония может назначить деловые свидания в удаленных друг от друга местах  практически в одно и то же время. Ясно, что хотя бы на одно она опоздает – но всегда позвонит на мобильник и предупредит.

Бриония – это «охотник за удачей». Она не любит конкретных расспросов о времени прихода домой, о времени окончания рабочей встречи (и это при плотном расписании!). Просто Бриония не знает, что ответить, и делать этого не хочет.

Часто эмоции Брионии подчиняются её рассудку. Такой человек старается быть дружелюбным и дипломатичным. От природы он коммуникабелен, ценит юмор, способен хорошо рассказывать анекдоты и заряжать других своим оптимизмом.

Поверхностный взгляд не заметит в нем никаких эмоциональных проблем. Однако следует знать, что Бриония может болезненно переживать негативные эмоции со стороны окружающих. Такой человек совершенно не переносит истерик, скандалов, обид, нытья. Ему легче смириться с открытой постоянной антипатией. Бриония просто будет знать – «это враг», и держать себя соответственно.

Но врагов у Брионии немного, скорее это конкуренты по бизнесу. Она способна быстро заводить приятелей  и друзей. Такой человек очень доверчив на близкой дистанции. Но обмануть это доверие означает навсегда потерять его дружбу.

Что же касается любви.… То здесь даже цивилизованный мужчина Бриония может вести себя как «одинокий волк» (начитавшись произведений Джека Лондона и Германа Гессе).

С таким «волком» можно познакомиться летом, в курортном месте. Только он ни за что не будет жить в санатории, а скорее раскинет палатку на плоскогорье, возле моря. Приезжает Бриония с определенной целью: позаниматься подводной охотой, полетать на параплане. Особо интересной для него может стать женщина, с которой он побывал в опасной ситуации («чуть не утонули», «чуть не разбились на параплане», «попали в автоаварию»)

Ухаживания Брионии совсем не похожи на флирт Фосфора. Этот мужчина может быть уже глубоко влюбленным, но самому себе в этом не признаваться. Часто у него – либо ничего, либо всё серьезно.

Интересно, что, проявляя необычайную выносливость в экстремальных ситуациях, в обычном ресторане он чувствует себя скованным и угловатым.

Бриония–мужчина нуждается в партнерше, которая взяла бы на себя бытовые заботы. В обиходе такой человек неприхотлив именно потому, что не чувствует меры своих ощущений. Необходимость заниматься самообслуживанием вызывает у него излишнее напряжение. А ведь после сумасшедшего рабочего ритма совершенно необходимо расслабиться.

Бриония не уверена в своей привлекательности. Мужчина способен считать себя некрасивым без должных на то оснований. Внешне это может проявляться в «колючести», которая происходит от внутренней зажатости.

Любой кризис отношений мужчина Бриония переживает очень болезненно. Необходимо, чтобы кто-то другой вывел его из этого состояния. При кажущейся гибкости, в эмоциях он консервативен. Очень нуждается в чутком, все понимающем партнере.

Руководитель Бриония любую деятельность рассматривает с точки зрения её целесообразности. А это означает получение высоких прибылей. Бриония любит зарабатывать «по-крупному». В тратах такой человек может быть прижимистым (чем декомпенсированнее становится, тем скупее).

У Брионии с развивающейся внутренней патологией меняется и образ мышления. Появляются: «сильный страх бедности», «страх голода», «скупость», «все мысли сосредоточены не деньгах».

Не переносит контроля над качеством своей работы, рутины, однообразия. Работу подчиненных оценивает по результату, а не по затраченным усилиям. Не хочет зависеть от чужой инициативы. Сам себе планирует, устанавливает норму и сроки (и сам всё может изменить).

Не любит медлительных и ненавидит бюрократов. Ведь Бриония – это динамичный, мобильный человек, для которого «остановка смерти подобна».

Это хороший организатор, руководитель-демократ. Хоть ему неведомы (и противны) изыски дипломатии, кое-какими навыками он обладает. Например, во время заключения спасительной для себя сделки, может внешне не обнаруживать своей особой заинтересованности. И все для того, чтобы не дать повода противоположной стороне поставить себя в невыгодные условия.

Бриония любит делать дела быстро, даже «за один присест». Таких же скоростей ожидает от коллег и партнеров. Не переносит, когда подчиненному нужно что-то объяснять, да ещё по несколько раз.

В свои заместители он может взять человека, хорошо разбирающегося в межличностных отношениях  (например, Натриум муриатикум). Тот подскажет Брионии побудительные мотивы поступков окружающих. Причем, сделает это максимально объективно. Эти, казалось бы, разные типы, связаны общими ценностями: интересами своей команды, преданностью делу, дружбой.

При всей своей прагматичности, Бриония периодически может проявлять качества «кремлевского мечтателя» (когда начинает преобладать интуиция). Из-за этого, якобы реальные планы могут обернуться химерами («что же это было, скажи – миражи, миражи»). И здесь все зависит от того, насколько быстро Бриония сделает волевое усилие по пересмотру целей и задач.

Но это не Нукс вомика, у которого сила воли преобладает среди черт характера. Бриония, скорее, нуждается в волевом толчке со стороны реалистично и доброжелательно настроенного партнера. Более того, подсознательно он хочет, чтобы  «светлая цель» исходила от партнера, с которым его связывают отношения настоящей дружбы, а ещё лучше – любви.

Эта цель (далекая, заманчивая, но реальная) – именно то, что активизирует Брионию. Придает надеждам реальные очертания, а существованию – смысл. Одним из признаков компенсации Брионии является интерес к здоровому образу жизни, занятие спортом (хотя бы туризмом), упорядочение своих ритмов.

Как уже было сказано, Бриония – это логик. Убедить такого человека можно не мольбами, а фактами, выстроенными в логическом порядке. Кстати, именно логичность – причина хорошей памяти Брионии. Она способна запомнить множество сведений, включая их в логические построения.

Бриония не любит манипуляции фактами (вспомним, что «король» этого – Лахезис). Такое искажение её моментально настораживает – ведь начинает меняться суть вопроса! От манипуляторов старается держаться подальше. Ведь Бриония – это «сам себе режиссер».

Какие же профессии предпочитает такой человек? Те, которые раздвигают границы его возможностей. В молодости может мечтать о приключениях и романтике странствий. На основании этого, способен избрать профессию, связанную с работой в тяжелых климатических условиях или повышенно опасную. Это: спасатели, испытатели, каскадеры, спортсмены. В спорте, кстати, выбирает командные виды. Именно эти профессии требуют смекалки, умения точно рассчитать время и возможности. Итак, Бриония (как и Нукс вомика) хочет узнать жизнь на её крутых изломах.

В зрелом возрасте оба типа переключаются на занятие бизнесом, от которого могут испытывать такой же «кайф», как от спуска по горной речке с водопадами и подводными камнями. Тогда девизом Брионии становится: «Время – деньги».

Но при этом самым святым понятием такого человека остается «своя команда», ведь:

Ничего на свете лучше нету,

Чем бродить друзьям по белу свету!

БОЛЕЗНИ БРИОНИИ

Декомпенсированную Брионию хорошо описывает Вальтер Гесс: «При той неспособности определить границу своих возможностей у человека такого типа, внутренние силы организма вынуждены, чтобы не погибнуть, время от времени блокировать волю и восстанавливать нарушенное равновесие».

И далее: «Человек хочет полежать в тепле и покое, не хочет никого видеть и слышать, ему мешает присутствие посторонних… Попытки заставить больного что-то сделать, заговорить с ним, прикоснуться предостеречь или упрекнуть в чем-то, вызывают бурные вспышки гнева и ярости, приводящие к тому, что больного оставляют в покое. Он вскрикивает от боли при  малейшем движении. Во снах и горячечных фантазиях ему видятся ссоры, досадные вещи и озабоченность дневными делами… При попытке обдумать свое положение у него «голова идет кругом», и он не может принять никакого решения».

Таков пациент типа Бриония в острых состояниях (пневмония, плеврит, грипп, зубная боль, ревматизм). В этом случае препарат даётся в питье (тем более что у Брионии постоянная жажда). Эффект от действия наступает в течение нескольких часов.

Хроническая патология: бронхиальная астма, рецидивирующие бурситы, запоры, липоматоз, гастрит, подагра, головные боли, последствия травмы и обменные полиартриты лечатся в течение длительного времени. После достижения ремиссии, препарат можно отменить, а затем, по необходимости, опять назначить.

Вот что пишет В. Гесс: «Когда человек начинает вести себя разумно, прислушиваясь к внутреннему голосу и соотнося свои действия с возможностями и потребностями организма, природе нет нужды запускать свой «аварийный механизм». И далее: «Назначение Бриония облегчает и ускоряет этот естественный механизм саморегуляции, который мы называем излечением, но нужно помнить: человек всегда должен соотносить свои желания со своими возможностями».

БРИОНИЯ  В  ИСТОРИИ

(Джек Лондон)

 Джек Лондон родился в 1876 году в Сан-Франциско. Он стал известным еще до появления на свет, когда в популярной газете «Кроникл» появилась заметка «Покинутая жена». В ней сообщалось о неком профессоре, который выгнал свою супругу из дома беременную супругу в связи с тем, что  та отказывалась умертвить еще не родившегося младенца. Этим младенцем и был будущий известный писатель.

Статья в газете, однако, оказалась весьма далекой от действительности. Она была написана со слов Флоры Уэллман, которая никогда не состояла в браке с упомянутым в заметке профессором Чани.  Попытка самоубийства  беременной Флоры была не более чем дешевым трюком. Зато отец Джека оказался опозоренным на всю жизнь. Вскоре он был вынужден покинуть Сан-Франциско и никогда так и не увидел своего сына.

Мать Джека, Флора, была весьма необычной особой.  Она происходила из очень состоятельной семьи и получила всестороннее образование. В двадцать лет Флора перенесла тяжелую форму тифа, после чего в её характере стали отмечаться некоторые странности. Вскоре она собрала свои вещи и навсегда оставила родительский дом. В те годы это было абсолютно немыслимым событием. В течение трех лет Флора скиталась, подрабатывая уроками музыки, пока не встретила профессора Чани.

Он был лингвистом, историком и астрономом. Писал статьи, читал лекции, составлял гороскопы, которые отличались большой точностью. Известен такой случай. Хозяин одного из сгоревших домов как-то обратился к Чани за консультацией. Профессор произвел вычисления, в результате которых выяснилось, что в поджоге участвовало трое злоумышленников. Он описал  их с такой точностью, что полиция быстро нашла поджигателей, которые от изумления зразу сознались в содеянном.

Несколько месяцев совместной жизни Флора  и Чани провели счастливо. Флора давала уроки музыки, читала лекции и устраивала спиритические сеансы. Она очень хотела женить на себе возлюбленного, но для этого выбрала весьма неудачный способ в виде шантажа. Результат оказался прямо противоположным ее намерениям – будучи опозоренным, несостоявшийся супруг спешно уехал. Спустя несколько месяцев на свет появился маленький Джек. Когда мальчику не исполнилось и года, Флора вышла замуж за Джона Лондона, американца английского происхождения.

Для Джона это был второй брак. Он овдовел, оставшись с несколькими детьми. С Флорой Лондон познакомился на спиритическом сеансе. Энергичная молодая женщина  ему понравилась, и уже через месяц они поженились. Так у Джека появилось две старших сестры и отчим. Для его матери были скучны обязанности домохозяйки, и она нашла няню. Негритянка Дженни стала для мальчика кормилицей и другом на всю жизнь.

В детстве Джек рос болезненным.  Однажды, когда они с сестрой Элизой лежали с тяжелым дифтеритом, девочка услышала, как Флора у кого-то спрашивала, можно ли будет похоронить детей в одном гробу, чтобы было подешевле. В это время отчим метался в поисках хорошего доктора. Нашел его в другом городе, привез в Сан-Франциско, так что похороны не состоялись

Тем временем закончилась полоса американского экономического кризиса, и Лондоны смогли открыть собственный магазин. Дела у них шли хорошо, пока компаньон Джона не исчез со всеми деньгами. Пришлось заняться фермерством. Постепенно хозяйство наладилось, и все бы было неплохо, если бы Джон не продолжал доверять все денежные вопросы супруге.

Флора  считала себя очень деловой женщиной, но на практике все ее начинания оборачивались финансовым крахом. Так было с продажей биржевых акций, золотой краски, лотереями, разведением кур, содержанием конного завода и доходного дома. В связи с частыми неурядицами семье Лондонов  приходилось переезжать с места на место, поэтому Джек не имел возможности посещать школу.  Долгое время его единственной учительницей и верным другом была Элиза.

С течением времени мальчик всей душой привязался к своему отчиму. Джон любил  ходить с ним на рыбалку, учил умению постоять за себя, рассказывал много занимательных историй. Джек записался в библиотеку и стал запоем читать книги. Больше всего  его интересовали приключения. Тем временем очередная афера Флоры привела к полному обнищанию семьи Лондонов. Джеку пришлось забыть о чтении и начать зарабатывать. Рано утром и поздно вечером  он разносил  газеты, днем ходил в школу, в выходные работал в порту.

Вскоре море стало настоящей страстью юного Лондона. Каждую свободную минуту  он проводил в яхт-клубе. Джек мыл палубы, за это его учили водить яхты. Когда Лондону исполнилось тринадцать лет, на сэкономленные несколько долларов он купил себе старую лодку и избороздил на ней все ближайшие заливы. Позже сумел поменять ее на подержанный ялик и чувствовал себя настоящим морским волком.

После окончания начальной школы Джек не мог рассчитывать на продолжение образования. Приходилось работать больше двенадцати часов в день, отдавая все заработанные деньги матери. Увы, Флора никогда не ценила чужого труда, а сама практически всю жизнь не работала.

Когда Джеку исполнилось пятнадцать лет,  его отчим попал под поезд и получил тяжелые увечья. После этого Лондоны впали в беспросветную нищету. Джек устроился на консервную фабрику, где рабочий день длился пятнадцать часов с оплатой по десять центов за час. Однообразный тяжелый труд  подорвал здоровье подростка, но больше всего его угнетала невозможность читать и выходить в море.

Джек знал о существовании  так называемых устричных пиратов. Это была компания авантюристов, которые устраивали ночные набеги на чужие устричные  садки, сбывая ворованный товар за хорошую цену. Молодой Лондон был готов на все, лишь бы вырваться  из беспросветной нужды. Он занял денег у няни Дженни и купил хорошую шлюпку. Сколотив команду из двенадцати человек, Джек вышел на опасный промысел. Продав первый улов, он обнаружил, что заработал столько, сколько получал за месяц каторжного труда на консервной фабрике. Через несколько недель Джек возвратил долг няне и уже мог свободно содержать родительскую семью.

В пиратской флотилии выпивки, драки и поножовщина были обычным делом. Джеку нравилась вольная жизнь. Ничто не доставляло Лондону такого удовольствия, как водить свое судно по бурному морю, наслаждаясь опасностью водной стихии. Он стал своим в среде моряков, дрался и пил наравне со старыми морскими волками. Вероятно, что  Джек за короткое время бы спился, и мир никогда не узнал бы его потрясающих романов. Но случай заставил  Лондона забыть выпивку и изменить образ жизни.

Однажды он, совершенно пьяный, упал в воду и был унесен сильным течением далеко от берега. Сначала Джек решил, что это и есть его красивая смерть, но потом стал яростно бороться за жизнь. Спасение можно было назвать чудом.

Несколько дней спустя таможенный чиновник предложил Лондону оставить пиратское ремесло и стать агентом службы рыбачьего патруля. Согласившись с таким предложением, отныне юноша стал ловить крупных браконьеров и брать с них штрафы.  По условиям договора, его заработок  составлял половину штрафных денег. Это занятие было еще опасней предыдущего, так как приходилось сталкиваться с яростным сопротивлением вооруженных браконьеров, часто видеть кровь и смерть.

Когда Джеку исполнилось семнадцать лет, он решил осуществить свою давнюю мечту – побывать  в дальних странах. Выход был только один – устроиться моряком на крупное судно. Благодаря этому, вскоре будущему писателю удалось познакомиться с ремеслом охотника за морскими котиками. В родном городе он отсутствовал  около полугода. По возвращению, Джек оплатил долги семьи и стал думать, что делать дальше.

Время было не из легких. В 1883 году финансовая паника повергла Америку в очередную экономическую депрессию. Джек пробовал работать на джутовой фабрике, кочегарить, разносить почту, но все это приносило лишь жалкие гроши. И Лондон опять пустился на поиски счастья.

На этот раз он путешествовал «зайцем» в товарных вагонах. Научился незаметно залезать в поезд, ездить на крыше, спрыгивать на ходу. Часто, оставшись без средств и работы, по несколько дней голодал, нередко приходилось воровать кусок хлеба, попадать в полицейский участок, а однажды даже угодить в тюрьму. Так продолжалось около года, пока он не вернулся домой.

Жизнь бродяги оставила Лондону массу впечатлений, которые позже он использовал в своем творчестве. В девятнадцать лет Джек решил поступить в среднюю школу, чтобы затем получить шанс попасть в университет, а в свободное время продолжал работать. Товарищ ввел его в клуб молодых интеллигентов: врачей, учителей, студентов, художников и социалистов, где Лондон вскоре почувствовал себя полноправным членом.

В двадцать лет он с первого взгляда влюбился в сестру своего товарища. Девушку звали Мэйбл. Она училась в Калифорнийском университете и происходила из интеллигентной обеспеченной семьи. Джек относился к возлюбленной как к божеству. Позже в автобиографическом романе «Мартин Иден» он расскажет об этой светлой, но безнадежной любви.

Впервые мысль написать что-нибудь подала Джеку мать Флора. С тех пор он периодически посылал в разные издания свои статьи, заметки и небольшие рассказы. Иногда их публиковали, но чаще возвращали. Лондон тратил последние деньги на марки, конверты и бумагу, и упорно продолжал писать.

Когда в доме не осталось ни цента, Джеку опять пришлось идти на поистине каторжную работу. На сей раз, это была прачечная. Долгие дни и ночи он гнул спину над грудами белья – стирал, крахмалил, гладил, а в единственный выходной день отсыпался. Времени и сил на то, чтобы читать, тем более писать, не было. Университет пришлось оставить.

Долго так продолжаться не могло. На выручку Джеку пришла сестра  Элиза. Она уже несколько лет была замужем за неким Шепардом. Узнав, что на Клондайке обнаружено  золото, Элиза заложила свой дом за тысячу долларов, что позволило Джеку и Шепарду отправиться на Север в поисках удачи.

В июле 1897 года они вместе с другими золотоискателями отплыли из Сан-Франциско. Однако через месяц Шепард, которому  было уже под шестьдесят, понял, что не выдержит предстоящих испытаний,  и вернулся домой. Джек Лондон продолжил свой путь вместе с новыми товарищами. Они торопились попасть на место до наступления морозов. Но, к сожалению, снег застал золотоискателей в семидесяти милях от Доусона.

Всего их было  около пятидесяти человек. Люди поставили деревянные срубы и устроились на зимовку. В этих условиях Джеку очень пригодились полученные навыки выживания. Кроме того, он взял с собой в дорогу несколько книг, что помогло скрасить  долгие зимние месяцы. Хижина Лондона стала центром поселения. В ней собирались пообщаться, выпить и поспорить все желающие.

Весной Джек выстроил из бревен плот и добрался до Доусона. В те годы это был  городок с пятитысячным населением. Со всех концов света сюда съезжались искатели приключений, авантюристы и мошенники. Увы, Джеку Лондону не удалось найти золота. Но полученные впечатления  явились для него подлинно золотой жилой.

Все время пребывания на Аляске Лондон не переставал делать записи об истории здешних мест, интересных случаях, людских судьбах и характерах, пока жестокая цинга не привела его на больничную койку. Летом, немного оправившись от болезни, Джек вынужден был отправиться в обратный путь. Домой он добрался морем, затем товарным поездом и прибыл на место без гроша в кармане.

В родительской семье случилось горе – не стало отчима. Теперь ответственность за мать и усыновленного ею внука умершего Джона полностью легла на плечи Джека. Возлюбленная Мэйбл за  год разлуки показалась Лондону еще более привлекательной. Но что он мог предложить девушке, кроме полунищенской жизни? Ведь Джек довольствовался случайными заработками, а в свободное время продолжал писать.

Издательства долго не отвечали, и вот когда Лондон уже совсем потерял надежду, два литературных журнала высказали согласие опубликовать его рассказы. Начинающий писатель даже не сразу поверил присланному на его имя чеку на сумму в сорок долларов.  Он был счастлив и торопился поделиться своей радостью с любимой Мейбл. Влюбленные вместе мечтали о будущей счастливой жизни, но этим радужных грезам не было суждено сбыться.

Конфликт случился между Джеком и матерью Мейбл, которая не собиралась выдавать дочь замуж за человека со странным прошлым и туманным будущим. Лондон отказался от гарантированного заработка в шестьдесят пять долларов, потому, что это не позволило бы ему продолжать писать. Флора  полностью поддержала сына, а Мейбл, к сожалению, не смогла противостоять своей властной матери. Но Джека уже ничто не могло остановить.

Жажда творчества, стремление поделиться своими наблюдениями и жизненным опытом стали его внутренним двигателем. И успех не заставил себя долго ждать. Сначала  один из популярных толстых журналов опубликовал  серию рассказов Лондона об Аляске, а позже они вышли отдельным сборником.

Так как с мечтой о семейной жизни с любимой Мейбл пришлось расстаться, Джек начал обращать внимание и на других женщин. Ему нравилась студентка Анна Струнская, родители которой приехали из России. Но Анна была пламенной социалисткой, отчаянной спорщицей, совершенно не подходящей на роль жены. Джек Лондон выбрал в спутницы жизни уравновешенную хозяйственную учительницу Бэсси Маддерн.

Оба не питали горячих чувств по отношению друг кругу, но стремились к браку. Вдвоем им не было скучно: Джек работал с удвоенной энергией, а Бэсси во всем ему помогала. Семейное спокойствие нарушали лишь частые ссоры Флоры со своей невесткой – мать Джека всегда ревновала сына к его женщинам.

Пришлось приобрести для Флоры отдельный дом. Но и это не успокоило взбалмошную старуху – она жаловалась всей округе, что сын ее выселил, и специально тратила непомерное количество денег, записывая все долги на Джека. К этому времени литературные заработки Лондона возросли, тем не менее, средств все равно не хватало.

Детство и молодость Джека прошли в нищете и тяжелом постоянном труде. Все это выработало у него определенное отношение к финансовой стороне жизни.  «Деньги – вот что мне надо. Сколько бы их ни было, всегда будет не хватать.  Добывать деньги – это не моя страсть. Но тратить! Тут я вечно буду жертвой. Если деньги приходят со славой, давай сюда славу. Если без славы – гони деньгу», – такую запись оставил юный Лондон в своем дневнике.

Тем временем в его семье произошло радостное событие – Бэсси родила девочку.  Джек был доволен и,  в то же время, слегка огорчен. Он ждал сына. Для содержания семьи приходилось заниматься литературной поденщиной – писать статьи, рецензии, брать интервью, выступать с лекциями.

Несмотря на успешную публикацию первых трех романов, долги Лондона выросли до внушительной суммы в три тысячи долларов.  Поэтому, когда Ассоциация «Американская пресса» предложила Лондону отправиться в качестве корреспондента в Южную Африку на англо-бурскую войну, тот немедленно согласился. Ведь его ждали новые опасные приключения.

Через год Бэсси родила еще одного ребенка – опять девочку.  В этот раз Лондон уже не мог скрыть разочарования, он понял, что, вряд ли, когда-нибудь будет иметь сына. Ведь его супруга очень долго болела,  и врачи запретили ей снова рожать.

Утешенье Джек искал не только в работе. Он был не чужд  внебрачных отношений: «Я не испытывал угрызений совести от того, что вступал на путь наслаждений. Но добыча никогда не давалась мне ценой обмана. В отношениях с женщинами я  был безукоризненно честен, никогда не требуя больше, чем был готов дать сам». И, тем не менее, Джек пытался найти себе оправдание: «Мужчина может следовать своим вожделениям не любя. Мать природа с неотделимой силой взывает к нему о потомстве, над ним властвует ее закон».

Бэсси могла ревновать мужа ко многим женщинам, но ей и в голову не приходило, что он способен оставить семью ради женщины, старшей его на шесть лет и имевшей далеко не привлекательную наружность. Этой дамой оказалась некая Чармиан  Киттредж. Их любовный роман сохранялся Джеком в глубокой тайне. Чармиан подобрала ключик к романтической душе молодого возлюбленного, и умело разжигала его страсть.

Оставшись в юности без родителей, Киттредж была вынуждена сама зарабатывать на жизнь. Она  служила секретарем, но при этом обладала определенными познаниями в литературе, музыке и живописи. Слыла искусной наездницей и даже занималась спортом, что в то время было очень необычным. Любовница считала, что Бэсси не пара знаменитому писателю. Лондон уже был автором  двух крупных произведений («Зов предков» и «Морской волк»), и издатели наперебой стремились  опубликовать его рассказы.

В душе Джека кипели противоречивые страсти: вина перед женой, стремление к свободе, чувство к Киттредж, тяга к переменам.  Настал 1904 год, впереди был период смут и войн. Джек нашел выход из душевного смятения, отправившись корреспондентом на русско-японскую войну.

Опасные приключения действовали на него  самим целительным образом. Статьи Лондона с передовой публиковались в самих престижных изданиях. К моменту возвращения в Сан-Франциско Джек стал  одним из самых известных американских писателей.

Получив развод с Бэсси, он вложил почти все заработанные деньги в постройку большого дома для бывшей жены и дочерей. Осенью 1905 года Джек Лондон женился на Чармиан Киттредж и приобрел для новой семьи живописное ранчо.

Вскоре он загорелся мечтой выстроить корабль по собственным чертежам и сразу придумал название судна – «Снарк», по имени таинственного мифического животного. Расходы на корабль достигли пятнадцати тысяч долларов, а он еще не был закончен и наполовину. Денег катастрофически не хватало. Ведь Джек содержал бывшую семью, престарелых мать и няню, а также жену и нескольких близких друзей.

Расходы на строительство судна росли, так что Лондону пришлось заложить даже свое ранчо. Сооружение яхты для кругосветного путешествия грозило перерасти из фарса в трагедию. Она то давала течь, то повреждалась при попытке транспортировки, то ломалась из-за бракованных материалов и нерадивости рабочих.

Лондона безжалостно обманывали поставщики, строители и даже приятели, которым он многократно проигрывал пари по поводу даты начала путешествия. В итоге строительство обошлось писателю более чем  в тридцать пять тысяч долларов.

Даже когда, наконец, судно вышло в море, неприятности продолжались. Небольшая команда, набранная Джеком, оказалась профессионально непригодной, запасы продовольствия испортились. И только Чармиан Киттредж, казалось, не унывала, неся вахту у штурвала, наравне с мужчинами. Возможно, именно ее поддержка  вдохновила Джека Лондона на создание романа «Мартин Иден». Он успевал писать по тысяче слов в день, управлять судном и даже готовить пищу.

Через месяц после отплытия «Снарк» прибыл на Гавайи. Это стало первой победой после серии поражений и неудач. Статьи писателя о морском путешествии охотно публиковались в журналах. Яркое, красочное повествование захватывало читателей, и Джек становился все более популярным. Супруга сопровождала Лондона везде: на острове прокаженных, среди племен людоедов, при покорении горных рек и глубоких ущелий. В целом путешествие заняло около восьми месяцев. Потом Джек  вынужден был оставить «Снарк» на попечение капитана и отплыть домой на пароходе.

Вернувшись в Сан-Франциско, Лондон обнаружил свои финансовые дела полностью расстроенными. Ему опять предстояла борьба за выживание. В 1907 году писатель издал четыре новые книги. Это немного поправило денежное положение, и он опять отправился в путешествие. На своем «Снарке» Джек посетил Таити, острова Полинезии и Фиджи. В пути он вел подробные записи об увиденном, собирал коллекции туземных диковинок, фотографировал новые места.

Не раз команде яхты приходилось отбиваться от диких племен туземцев. Но более тяжелым испытанием оказались тропические болезни – вся команда переболела малярией, стригущим лишаем и накожными язвами.  Но ничто  не могло остановить Лондона – он по-прежнему писал по тысяче  слов в день, лечил своих товарищей и управлял кораблем.

Однако тяготы, в конце концов, подорвали богатырское здоровье писателя. Он был вынужден лечь в больницу Сиднея. Но австралийские врачи не смогли поставить диагноз и назначить лечение. Проведя в далеком портовом городе пять месяцев, Лондон был вынужден продать свой «Снарк» всего за три тысячи долларов, чтобы иметь возможность  вернуться домой.

В Америку он прибыл усталым, больным и внезапно постаревшим.  Законченный спустя некоторое время роман «Мартин Иден» был издан  и принес автору семь тысяч долларов. На родине здоровье писателя пошло на поправку, и он вновь принялся за работу. В течение трех месяцев Лондон писал по двенадцать часов в день. Так появилось на свет его знаменитое произведение «Время не ждет»

Однако жизнь послала Джеку еще одно испытание. Ребенок, которого родила Чармиан, умер через два дня после появления на свет. Безутешный Лондон запил и лишь поддержка жены помогла ему в этот раз вскоре придти в себя. Они построили новый дом и зажили прежней жизнью.

В течение пяти последующих лет в гостях у Лондонов перебывало множество людей: политических деятелей и философов, магнатов и священников, инженеров и моряков. Джек был счастлив в роли благодушного хозяина. Его могучая фигура была полна неотразимого обаяния. Лондон перестал искать приключения в чужих краях и со всей страстью окунулся в фермерство.

Он досконально освоил особенности ведения многих видов сельскохозяйственных работ: сажал зерновые, занимался виноградарством и скотоводством. Одновременно с этим строил жилище своей мечты – «Дом Волка». Литературная деятельность приносила семьдесят пять тысяч долларов в год, а тратил он около ста. Все имущество было неоднократно заложено и перезаложено. Друзья, приятели и совершенно незнакомые люди постоянно занимали у Джека деньги, в большинстве случаев не возвращая долгов.

Летом 1913 года «Дом Волка» был окончательно достроен. Джек вложил в него более восьмидесяти тысяч долларов. Это было воплощение мечты. В ночь перед переездом писатель проснулся от ужасных криков – «Дом Волка» пылал, подожженный сразу с нескольких сторон. Такого удара Лондон перенести не смог. Этот пожар показался ему предвестником близкой смерти.

Здоровье писателя окончательно расшаталось, участились периоды депрессий. Он вдруг увидел истинное отношение к себе тех, кого считал друзьями и приятелями. По большей части все они искали и получали собственную выгоду от знакомства с писателем, в то время как он разорялся, выполняя их прихоти. Чармиан также разочаровала мужа. Джек вдруг разглядел ее самовлюбленный эгоизм, взбалмошность, непрактичность и некрасивость. Духовная связь с женой прервалась.

Лондон стал выпивать. Он разуверился в людях, увидев, каким злом те платят за доброту и щедрость. Джек чувствовал себя проигравшим, но не хотел себе в этом признаваться. Он всегда говорил: «Хочу пожить недолго, но весело». И смерть не заставила себя долго ждать. Утром 22 ноября 1916 года верный слуга-японец обнаружил великого писателя без сознания. На полу валялись пустые флаконы из-под морфия и атропина, а на ночном столике – листок с вычислениями смертельной дозы яда. Врачи боролись за его жизнь, как могли, но спустя двенадцать часов Джека Лондона не стало.

Его смерть оплакивал весь мир. Сестра Элиза похоронила брата на вершине холма ранчо. Сверху, в качестве надгробья, поместили  громадный красный камень. По завещанию почти все состояние Лондона отошло Чармиан Киттредж.

Кем же был великий писатель с точки зрения гомеопатии?  Вероятнее всего, этой недюжинной натуре был близок тип Бриония. Такой человек сочетает в себе черты романтика и материалиста, стремится к рискованным приключениям и непомерно загружает себя работой. Он живет в бешеном ритме, пытаясь поймать удачу, и щедро раздаривает себя окружающим. Многие его идеи не находят поддержки у современников и оцениваются лишь далекими потомками.

Таким был и остался в памяти Джек Лондон, о котором писатель Анатоль Франс говорил: «Ему свойственен именно тот талант, которому доступны явления, скрытые от взоров простых смертных; талант, наделенный особым даром предвидеть будущее».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

WordPress шаблоны
Рейтинг@Mail.ru